Seestück I, Gerhard Richter, 1969

Ежедневная работа негосударственных организаций показывает, как тщательный сбор доказательств военных преступлений и целенаправленные правовые усилия могут — рано или поздно — привлечь российских преступников к ответственности за их действия в Украине.

На мероприятиях в Киеве я нередко слышу, что использование HIMARS и Patriot — это лучший способ добиться подотчетности России и привлечь Кремль к ответственности. Нет ни малейшего сомнения в острой необходимости обеспечения постоянной военной помощи Украине для защиты всех, кто подвержен угрозам поскольку прав человека не может быть без человека как такового. Однако обеспечение глобального правосудия за преступления России имеет решающее значение для предотвращения повторения российской агрессии. Подотчетность на международном уровне — это ткань, которая помогает воплотить в жизнь дипломатическую изоляцию, и, что еще важнее, служит щитом от лживых попыток Кремля легитимизировать войну и принципы ее ведения.

На первый взгляд это может противоречить интуитивному восприятию вещей, но для Кремля эффект от ордеров Международного уголовного суда [на арест Путина и Львовой-Беловой] сравним с освобождением Украиной незаконно оккупированных территорий. В статье 2023 года исследователи Георгий Егоров и Константин Сонин, объясняя причины полномасштабного вторжения России в Украину, приводят убедительные аргументы в пользу модели «дегенеративной автократии». По их словамнеограниченная безнаказанность лежит в основе постоянно укрепляющейся власти Владимира Путина и всей клептократической системы правления. Каждый ордер на арест или даже угроза ареста в отношении Путина, его окружения и военной элиты сужают пространство безнаказанности, которым они довольствуются.

Усилия по обеспечению глобального правосудия небесполезны, и не являются прерогативой лишь государственных структур. Фактически, гражданское общество находится на передовой линии обеспечения этого правосудия. И МУС — не единственный форум, а одно из нескольких мест, где можно и нужно добиваться привлечения России к ответственности за развязывание войны и связанные с ней преступления против Украины.

Несмотря на то, что ООН сейчас во многом дисфункциональна, документы российской войны против Украины хранятся внутри этой организации и могут послужить важным источником для обеспечения подотчетности и противодействия пропаганде. Подача материалов в международные договорные органы и механизмы, такие как Комитет по правам ребенка, Универсальный периодический обзор или Комитет по экономическим, социальным и культурным правам, поднимает доказательства, собранные неправительственными организациями, на уровень признания ООН и, следовательно, международной применимости. То же самое относится и к Московскому механизму ОБСЕ, который позволяет создавать краткосрочные миссии по установлению фактов нарушения прав человека.

Однако чтобы воспользоваться возможностями правосудия, которые предоставляют эти органы, необходимо обеспечить самые высокие стандарты документирования и архивирования свидетельских показаний о военных преступлениях.

Организация, которую представляю я, The Reckoning Project, была создана в 2022 году и объединяет методы журналистского повествования и сбора доказательств в соответствии с правовыми стандартами, таким образом, чтобы эти факты имели юридическую силу как в зале суда, так и в суде общественного мнения. Несмотря на юный возраст и скромный размер нашей организации, мы уже собрали более 300 личных свидетельств пыток российскими преступниками украинских граждан и более 100 свидетельских показаний о депортации Россией детей из Украины. Наша команда из дюжины исследователей, базирующихся в Украине, имеет разный опыт работы — кто-то работал в правозащитных неправительственных организациях, кто-то в медиа — и в среднем они проработали в этой области от семи до 10 лет. Важнейший элемент нашей работы — методология документирования, которая не допускает ни повторной травматизации пострадавших, ни нарушения целостности доказательств.

По последним данным Офиса генерального прокурора Украины, с начала полномасштабного вторжения России зафиксировано более 132 тыс. случаев военных преступлений. Нет таких человеческих ресурсов, чтобы справиться с подобным масштабом, тем более в стране, находящейся в состоянии войны. Именно поэтому в апреле 2024 года The Reckoning Project подал в Аргентине в суд против российских преступников в Украине — это был первый подобный уголовный иск на основе универсальной юрисдикции в странах Глобального юга. Универсальная юрисдикция в данном случае означает, что прокуроры могут возбуждать дела о военных преступлениях и преступлениях против человечности в странах, не связанных с совершением этих преступлений. Этот иск — первый, поданный за пределами Европы и США.

В основу иска легли показания человека, которого российские военные пытали электрошоком в течение шести недель в следственном изоляторе на юге Украины. Нам удалось установить личности некоторых преступников и приобщить эту информацию к делу. Выбор аргентинской юрисдикции не был случайным. Помимо необходимости привлечения профессионалов, в том числе прокуроров стран Глобального юга, основанные на фактах уголовные расследования и судебные разбирательства — лучший способом противодействия кремлевским кампаниям по дезинформации в Латинской Америке. Кроме того, Аргентина имеет трагический опыт правления военной хунты и экспертизу в расследовании преступлений, связанных с пытками, то есть базу знаний, имеющую решающее значение для беспристрастного и целостного процесса.

The Reckoning Project все еще ожидает ответа от аргентинских властей по поводу расследования этого дела, но будем надеяться, что оно начнется в ближайшие месяц или два. Вдохновляющие примеры применения универсальной юрисдикции в нашумевшем процессе о пытках заключенных в дамасской тюрьме Аль-Хатиб в Германии и суде над иранским тюремщиком Хамидом Нури в Швеции демонстрируют, что это работающий и важный механизм международного права. Этот механизм может использоваться для продвижения международной подотчетности — в том числе и неправительственными организациями, такими как коалиция «Украина 5 утра», объединяющая 38 украинских и международных НКО, противостоящих российским преступлениям.

В основе The Reckoning Project лежит императив: задержка в отправлении правосудия означает отказ в правосудии. Предоставление большей поддержки и сотрудничество с НКО, ориентированными на подотчетность — это разумный способ для международного сообщества дополнить сбор доказательств и приблизить момент, когда Россия понесет ответственность за войну против Украины.

Обвинения МУС — безусловно, мощнейшая юридическая базука, однако точечные действия НКО через международные суды и договорные органы — это и есть тысяча порезов, направленная на то, чтобы пресечь безнаказанность Кремля.